Деловой совет по сотрудничеству с Индией

Юлия Петрова: «Научная дипломатия – первоочередной инструмент внешней политики» | Интервью"Большой Азии"

23.03.2020 Медиаресурс "Большая Азия" 1502 просмотров

Что такое научная дипломатия и почему она приобретает все больший вес в международных отношениях? Об этом в интервью медиаресурсу «Большая Азия» рассказала заместитель руководителя Генерального секретариата Ассамблеи народов Евразии по международному сотрудничеству, профессор, кандидат экономических наук Юлия Петрова.


«Большая Азия»:
Что такое научная дипломатия и почему научная дипломатия приобретает все больший вес в современных международных отношениях?

Юлия Петрова:
Мы живем в мире постоянных технологических изменений, в котором наука, технологии и инновации становятся двигателями социально-экономического развития и движущими силами глобализации и являются ключевыми инструментами в реконфигурации будущего мира. Поэтому именно научная дипломатия становится первоочередным инструментом внешней политики для государств, обладая большими возможностями для создания мягкой силы влияния, за счет того, что не только результаты исследований, но и сам принцип широкой научной коммуникации являются способом укрепления мира и служат устойчивому развитию общества.

«Большая Азия»:
Какое влияние научная дипломатия может оказать на международный имидж страны и каким образом?

Юлия Петрова:
Негосударственные субъекты априори влияют на имидж страны за рубежом. Достаточно вспомнить пример Голливуда, который посредством фильмов распространяет идеологию американского общества, или, например, ситуацию спада международного влияния США после 11 сентября, при том что их влияние в области науки и техники продолжило пользоваться большим уважением.

Наука, являясь более универсальным инструментом, чем культура и экономика, позволяет организовать сотрудничество там, где оно, казалось бы, окончательно прервано. Сотрудничество в области научных исследований может помочь преодолеть разрыв между странами, создав форум взаимной поддержки и общих интересов. В качестве примера можно привести «межкорейское сотрудничество» в области химии, биотехнологии и нанонауки, которое впервые было предложено в марте 2010 года и впоследствии послужило платформой сближения стран в других областях.

«Большая Азия»:
Почему научная дипломатия не может быть частью государственных дипломатических процедур и в чем особенность осуществления коммуникаций в рамках научной дипломатии?

Юлия Петрова:
Следует понимать, что наука как таковая стоит над национальными интересами. Ещё Антон Павлович Чехов заметил, что национальной науки нет, как нет национальной таблицы умножения; что же национально, то уже не наука. В то же время у каждой страны есть свои конкретные научные интересы. 

В этом смысле научная дипломатия является амбивалентным (двойственным) инструментом, развивая, с одной стороны, широкие наднациональные коммуникации, способствуя широкому международному научному сотрудничеству, а с другой - продвигая интересы и ценности своей страны в мире. 

Диверсификация (разнообразие) научных исследований в мире не позволяет формализовать эти процессы. В настоящий момент система научных коммуникаций может быть сравнена с деятельностью мозга, в котором многочисленные нейроны обмениваются сигналами во всех направлениях одновременно, или технологией блокчейн, в которой перепроверка и подтверждение информации идут одновременно в разных точках.

«Большая Азия»:
В настоящий момент глобальное соревнование в науке обострилось как никогда, но в то же время мы наблюдаем, что глобальное партнёрство и сотрудничество для продвижения интернационализации инноваций присутствует в государственных решениях большинства развитых стран. Это и ЕС, и государственные консорциумы США, Великобритании, Японии и многих других стран. Почему в эпоху бурного развития науки и технологий объединение усилий становится настолько важно?

Юлия Петрова:
Общие для всего мира современные научные проблемы, такие как пандемии, устойчивое развитие, экологические катастрофы, изменение климата и старение населения, требуют развития эффективных платформ для сотрудничества государств. Именно технологические обмены являются наиболее действенными инструментами для налаживания более тесных международных связей и укрепления отношений. В настоящий момент пандемии COVID-19 мы наблюдаем единение усилий всех научных сообществ, независимо от имеющихся политико-экономических разногласий, и это один из наиболее ярких примеров научной дипломатии.

«Большая Азия»:
Чем методы научной дипломатии отличаются от стандартных методов поддержания коммуникации в научном мире? 

Юлия Петрова:
Как я уже отмечала, научная дипломатия является более широким инструментом, чем международное научное сотрудничество, устанавливая дополнительные каналы коммуникации, взаимодействия и источников информации с помощью ученых и посредством улучшения имиджа страны, оказывает влияние на более широкие группы населения, выходя за пределы научного сообщества.

«Большая Азия»:
В каких случаях научная дипломатия может быть более эффективной, чем прямое общение между исследователями?

Юлия Петрова:
Научная дипломатия способствуют вовлечению в технологические обмены как государственных, так и негосударственных акторов, таких как бизнес, общественные организации (НКО), профессиональные сообщества, отдельные индивидуумы, позволяя им взаимодействовать, за пределами географических границ, административных барьеров и финансовых ограничений.

Ассамблея Интервью 1.jpg

«Большая Азия»:
Чем методы научной дипломатии могут помочь молодым ученым в их исследованиях или развитии карьеры?

Юлия Петрова:
Методы научной дипломатии, новые форматы и каналы международного взаимодействия с широким кругом заинтересованных сторон будут способствовать расширению профессиональных контактов молодых ученых и их участию в международных и национальных исследованиях, развитию профессиональной карьеры и международного признания; облегчат межсекторальную ротацию. 

«Большая Азия»:
Привлечение талантов является ключом к развитию R + D + I. С какими трудностями сталкивается Россия в этой области? Чувствуете ли вы недостаток молодых кадров в проведении своих научных исследований?

Юлия Петрова:
К сожалению, следует констатировать, что российская наука испытывает дефицит молодых кадров. Поэтому ключевым аспектом укрепления развития и инноваций является привлечение высококачественных человеческих ресурсов. России в этой всемирной гонке за талантами предстоит сделать ее научные и инновационные системы более привлекательными для молодых ученых, и зачастую это вопросы не только и не всегда материального стимулирования, но и вопросы профессионального признания. Научная дипломатия работает, в том числе, на развитие научной мобильности, и прежде всего на расширение входящей мобильности.

«Большая Азия»:
Считаете ли вы, что научная дипломатия может приблизить инновации к обществу и позволит им получить более широкое распространение? 

Юлия Петрова:
Безусловно, как я уже отмечала, научная дипломатия вовлекает самые разные стороны общества в технологические и инновационные обмены, что способствует более широкому информированию населения, популяризации и более эффективному внедрению инноваций в реальной жизни, быстрому обучению их применения и, как следствие, позволяет решить различные социальные проблемы.

«Большая Азия»:
Можно ли считать внедрение методов научной дипломатии первым шагом к преодолению институциональной модели систем НИОКР, в которой гражданин рассматривается только как потребитель или налогоплательщик?

Юлия Петрова:
Фактически, в системе НИОКР граждане не должны рассматриваться только с точки зрения потребителей или налогоплательщиков. Методы организации взаимодействия ученых, в которых политики, граждане и ненаучные организации присоединяются к исследователям в качестве драйверов инноваций, являются наиболее эффективными для преодоления самого широкого круга социальных проблем. 

«Большая Азия»:
Как вы оцениваете возможное участие университетов и научных организаций в развитии научной дипломатии?

Юлия Петрова:
Университеты и научные организации, являясь центрами научной мысли, выступают полноценными субъектами научной дипломатии. В этой связи университеты, проводя не только исследования, но и обучение, развивают влияние национальных научных школ, особенно там, где особое внимание уделяется экспорту образования.

«Большая Азия»:
Как научная дипломатия может быть полезна для бизнеса и как она будет способствовать развитию исследовательского потенциала бизнес-структур?

Юлия Петрова:
Научная дипломатия позволяет бизнесу более быстро и эффективно получать информацию о новых перспективных исследованиях и принимать инвестиционные решения. Помимо этого, поддерживая широкие контакты, субъекты научной дипломатии получают возможность транслировать новые формы взаимодействия бизнеса и науки как для отдельных организаций, так и для государств в целом.

«Большая Азия»:
Планируете ли вы в процессе внедрения новых методов и после анализа результатов выработать предложения для национальных и региональных менеджеров России по улучшению нашей системы исследований и разработок?

Юлия Петрова:
Я полагаю, что любое действие должно иметь свой результат, поэтому процесс анализа действенности применяемых методов идет постоянно. Безусловно, те результаты, которые будут оценены как важные и актуальные, будут доведены до сведения всех заинтересованных лиц.

Ассамблея Интервью 3.jpg

Читайте также

Новости

Культура и отдых

Новости партнёров